Что нужно делать чтобы сохранить семью крепкой дружной мужчине и женщине (почему создавать ребенку)

zavodit-semiuЗачем нужно заводить и сохранять семью мужчине и женщине?~ КАКОВ СМЫСЛ СОЗДАНИЯ СЕМЬИ? ~

Форма супружеских отношений создана для того, чтобы люди смогли овладеть божественной формой отношений, которые бы помогали супругам развивать в них божественные качества. Сегодня нам навязывается иная форма супружеских отношений, где люди находятся в животных отношениях и медленно, но верно, разрушают друг друга.

Истинная суть создания семьи — в том, чтобы созидать, а не разрушать, совершенствоваться, а не деградировать, видеть в любимом Бога и служить ему как Богу, а не требовать служения к себе, не видя в другом личности.

«Институт семьи сегодня почти полностью разрушен, это приводит к большим детским страданиям и несчастной жизни мужчин и женщин. Даже некоторые, так называемые, «духовные лидеры» призывают к сексуальной свободе и забвению семейных ценностей».

Индивидуальное совершенствование зачастую оказывается несостоятельным, поскольку требует достаточно большого времени для достижения цели, и оно не может дать тех результатов, которые дает обоюдное стремление супругов к достижению божественного уровня. Именно поэтому всегда говорилось, что супружество мужчины и женщины необходимо для того, чтобы совершенствоваться в духовных практиках.

Задача супругов – выйти на божественную форму отношений. Для этого необходимо усвоить и претворять в жизнь главный принцип божественных отношений: «не делать другому того, чего он не хочет, чтобы ему делали». Но поскольку для многих современных людей претворение в жизнь этого принципа достаточно сложно, можно начинать изменение своих отношений с более простого чисто человеческого принципа: «не делай другим того, чего не хочешь, чтобы делали тебе».

Зачем нужно заводить и сохранять семью мужчине и женщине?

Этот принцип проще в осуществлении, поскольку не требует абсолютного знания своей супруги или супруга. Просто прежде чем сказать какие-то слова, или совершить какие-то поступки, представьте себе, что они сделаны по отношению к вам и ощутите их обидность или приятность. И только после этого решайте: делать или говорить вам их или нет.

(с) Лалана

С мужчиной должно быть надежно.

Да, с ним может быть легко, весело или интересно. Но это не имеет большого значения. Главное — это ощущение надежности. Такого чувства, что ты в безопасности, что о тебе всегда позаботятся.

Внешний мир сложен для женщины, он приносит ей массу беспокойств, плюс внутренние беспокойства из-за часто меняющихся настроений. И если мужчина сможет стать могучей крепостью, защищающей женщину от мира и самой себя, более благодарной и любящей женщины ему не найти.

В спокойной обстановке, чувствуя себя под покровительством разумного мужчины, который умеет самостоятельно решать проблемы, женщина расслабляется, ее ум успокаивается, и вместе с этим приходит красота, здоровье и молодость.

Женщины рано стареют и становятся ворчуньями из-за стрессов, которые им сложно пережить самостоятельно. Из-за того, что рядом с мужчиной они не ощущают так необходимой им надежности, уверенности.

Но если дать женщине это чувство, если позволить ей делиться своими переживаниями, если помочь ей справиться с проблемами, если позволить ей проявляться творчески, если взять за нее полную ответственность, если относиться к ней как к хрупкому цветку, нуждающемуся в защите, то женщина становится Музой, самым прекрасным и вдохновенным существом. И всей любовью и нежностью, на которые способна ее Душа, она обнимает мужчину, создавая вокруг него обережный ореол и наделяя силой побеждать.

(с) Мария Маниша

Брак нужно заключать для того, чтобы почувствовать счастье от глубоких и настоящих отношений с другим человеком, основанных не просто на телесном притяжении, а на уважении, долге, самопожертвовании и любви.

Хороший брак помогает превратить начальное притяжение между юношей и девушкой в нечто гораздо более глубокое и приносящее гораздо большее удовлетворение. Любые обязательства помогают нам преодолеть непостоянную, капризную природу нашего ума, пасующего перед малейшими трудностями, и таким образом стать сильнее, чище и лучше.

Вадим Тунеев

Как стать лучше?

Восхищайтесь людьми, которые делают что-то лучше вас. Благодаря этому вы получите способность учиться у них. Полюбите людей, которые делают что-то лучше вас, и это раскроет ваш собственный дар. Благодарите людей, которые делают что-то лучше вас, и сердце ваше наполнится светом. Благодарите их за то, что они показывают, как нужно делать лучше то, что вы делаете.

Именно через них жизнь даёт вам понять, что вы можете быть лучше, чем вы есть. Будьте благодарны жизни, что вы с теми, кто лучше вас, и жизнь ответит вам подарком. И этот подарок – новая высота в вашем собственном развитии. Ведь слушать, видеть, обучаться и служить тем, кто лучше нас – это и есть то, что называется бесценный божественный дар. Ибо только благодаря этому мы можем стать лучше.

Леонид Тугутов

Семейная жизнь — это когда она примеряет все свои платья перед зеркалом, а у тебя тепло на душе. Потому что ты сидишь в прихожей в пуховике. (с)

Нет места милее родного дома.

/Цицерон/

Итак…

1. Семья — это огромный источник внутренней энергии.

Пример. Все мы, наверняка, можем вспомнить такие моменты из детства, когда нам хочется побыстрее «улететь» от родительского очага. Тем самым демонстрируя свою состоятельность, желание быть независимыми и готовность нести ответственность за свое существование.

Сейчас очень «модно» такое понятие — «поживу один (одна) поработаю, накоплю денег и создам семью!».

Это все, безусловно, личное мнение и подход каждого из нас — и этого никто не отменяет!

Но!  Как вы думаете кто первым придет вам на помощь в случае неудачи? Семья! Семья в жизни человека — это самое беcкорыстное окружение и неиссякаемый источник поддержки. Что не может не придавать почему важна семья.  Семья — это крепость.

Пример. Семья — это дом, в который хочется возвращаться, в котором покой и уют, где его ценят и ждут. Где любой человек может расслабиться и отдохнуть в кругу любящих его людей.

3. Семья — это мотиватор развиваться и совершенствоваться.

Пример. Только имея семью, мужчина стремится больше развиваться, чтобы больше зарабатывать, становится более ответственным, серьезным. Т.е семья служит двигателем в совершенствовании себя и условий жизни.

Тоже самое и с женщиной. Семья заставляет ее думать, планировать, распределять и т.д. Более того, женщина становится красивее, мягче, общительнее.  Т.е опять же совершенствоваться и развиваться.

4. Семья — это продолжение рода.

Не маловажным является и данный психологический  факт. Ощущение того, что биологическая роль выполнена успешно — род продолжается. Думаю, что нет на Земле такого человека, который не желал бы видеть в ком то свои черты лица и характера.

Женское предназначение – рожать детей. Девушка в 18 лет выходила замуж, чтобы потом постоянно рожать детей, воспитывать их, заниматься домом, содержать своего мужа. В данном случае мы имеем в виду, что девушка должна любить и оберегать своего мужчину, рано утром готовить всей семье завтрак, следить, чтобы вся одежда была чистой, поглаженной, чтобы любимый человек был сыт и доволен.

Стоит ли говорить о любви? Тогда у людей было гораздо меньше возможностей. Брак заключался на небесах, поэтому если была возможность сохранить семью, пойти на уступки, люди этим пользовались. Развод считался делом обсуждаемым обществом. Да, с годами молодые люди привыкали друг к другу. Они уже не мыслят своего существования в другой реальности. Что же происходит сегодня? Сегодня ценности семьи не только снижается, она постепенно сходит на нет.

Зачем нужно создавать семью, зачем необходим этот злосчастный штамп в паспорте? Ответить на этот вопрос молодые не могут. Так уж принято обществом, так сложилось испокон веков. Сегодня женщины не желают сидеть дома, рожать по 5-7 детей. Сегодня практически каждая представительница прекрасного пола хочет расти и самореализовываться. На работе девушка занимает хороший пост, приходит домой и тут она должна считать главой семьи мужчину, который в принципе забыл о том, что такое профессиональный рост.

Объективно посмотрим на семейный уклад современной семьи. Девушка встает рано утром, чтобы приготовить завтрак мужу, который еще спит, затем она приводит себя в порядок, делает прическу, укладку, макияж, надевает деловой костюм и отправляется на работу. В течение всего дня она крутится словно белка в колесе. Она желает успеть все, что запланировано. Заканчивается рабочий день, который был наполнен многочисленными встречами, переговорами, заключением контрактов. После этого уставшая девушка приезжает домой.

Здесь ей нужно приготовить ужин, прибраться дома, постирать, погладить, привести в порядок себя, свою внешность, чтобы на следующий день выглядеть все также замечательно. После всего этого головокружительного решения дел, проблем, обязанностей она ложится в постель к мужчине, который говорит про супружеский долг. Да, доставление женщине удовольствия в постели многие мужчины считают своим единственным долгом. Между тем, долг женщины: содержать дом, готовить завтраки, обеды и ужины, ухаживать за мужчиной, словно бесплатная домработница. А что она получает взамен?

Многие современные мужчины уверяют, что они должны обеспечивать семью. Между тем, они зарабатывают денег столько, что их не хватает даже не самого главу семьи, что уж говорить про семью и детей? Он просто приносит положенный оклад домой, ложится на диван и считает, что свою часть он сделал. Ой, нет, еще есть ситуации, которые требуют мужской силы. Да, эти моменты возникают крайне редко, но они возникают, поэтому не будем о них забывать. Что это такое? Ремонт газовой плиты, утюга и т.д. К сожалению, большинство парней в этом случае все также ограничиваются специальными службами. Мы просто набираем номер телефона, вызываем мастера на дом, который и сделает все то, что необходимо.

Да, когда женщина стала выполнять в социальном мире те же функции, что и мужчина, она возложила на свои плечи гораздо больше обязанностей и ответственности. В свою очередь, представители сильного пола просто сбросили лишний вес. Теперь они все также ходят на работу, дома отдыхают после «тяжелого» трудового дня, принимают заботу женщины, как должное. Между тем, мужчина еще и повышает голос, требует, считает себя королем в семейном царстве. Не будем забывать, что представителям сильного пола нет надобности ежедневно делать укладку, наносить макияж.

Со временем они просто загоняют свою жену до такого состояния, что у нее опускаются руки, она не выглядит такой свежей, жизнерадостной, как ранее. Да, потом представитель сильного пола начинает смотреть по сторонам. Зачем ему такая женщина, которая перестала за собой следить? Да, дома все хорошо и замечательно, но и девушка должна оставаться красавицей. Мужчина изменяет женщине с той девушкой, которая моложе и привлекательнее. Да, к сожалению, мы вынуждены наблюдать подобную картину сплошь и рядом. Так, для чего девушке заводить семью?

Очень многие молодые особы говорят о том, что мужчина будет содержать ее, пока она находится в декретном отпуске. Иными словами, муж необходим только для поддержания финансового состояния в течение трех лет жизни женщины? А остальное время он просто балластом тянется вслед за декретным отпуском? Давайте разберемся, сколько мужчина вам будет приносить, пока вы находитесь в декретном отпуске. Если его заработной платы хватает только на его еду, его одежду, его встречи с друзьями, а вы тратите свои силы не только на уход за ребенком, но и за своим мужчиной, то нужен ли рядом такой мужчина?

Есть семьи, в которых отец ребенка просто выплачивает алименты. Сколько платить, решает он сам. Однако вам в важный момент вашей жизни никто не будет мотать нервы, никто не помешает восстановить внутреннюю гармонию. В крайнем случае, вы можете нанять себе помощницу, услуги которой и будет оплачивать отец ребенка. Никто не говорит о прекращении общения с мужчиной.

Мы говорим о том, что семейные ценности сошли к нулю. Зачем делать так, чтобы человек мешал вам спокойно жить, если вполне можно встречаться с ним на расстоянии. Когда молодой человек видит вас каждый день рядом, то он перестает воспринимать вас как желанную девушку. Он просто смотрит на вас как на предмет мебели, как на бесплатную домработницу, которая обязана выполнять домашние дела, на которую можно повысить голос, накричать за то, что она недосолила суп. А смотреть мужчина начинает абсолютно на других девушек, которые являются для него недоступными.

В современном мире любой девушке гораздо важнее ценить себя, уважать как личность. Поэтому жить можно и в одиночестве. Находясь дома одна, вы готовите исключительно то, что желаете. Если вы сидите на диете, то вы вовсе ничего не едите, если же вы желаете побаловать себя, то вы приобретаете то, что нравится вам. И вы не будете смотреть на мясные ароматные блюда, которые поглощает муж, когда вы просто пьете воду. В своем жилище вы также можете оформить все так, как пожелаете. Иметь постоянного партнера можно и на расстоянии. Общайтесь с ним, встречайтесь. Пока вы будете для него недосягаемой звездой, он всегда будет желать связать с вами более тесные отношения.

Как только вы согласитесь, он потеряет к вам всяческий интерес. Можно спокойно растить ребенка и самостоятельно, получая от генетического отца алименты. Так вы просто будете чувствовать себя женщиной, а не загнанной лошадью. За счет того что вы не состоите ни с кем в официальных отношениях, вы можете принимать ухаживания от других мужчин, чувствовать себя желанной, красивой и счастливой. Ревность человека, который не делает для сохранения ваших отношений ровным счетом ничего, не нужна никакой девушке. Какое право мужчина имеет качать свои права, высказывать претензии, если он не ценит вас как личность. Жить с человеком ради нескольких минут, которые он уделит комплиментам, тошно.

Поэтому сегодня все больше и больше женщин несчастливы в браке. Они могли бы порвать все отношения, но боятся остаться одни. А так ли страшно это одиночество. Да, это не совсем привычно для нашего сознания, но это оптимально комфортно для жизни. Подумайте, стоит ли унижать себя, переделывать, подстраивать под другого человека. Стоит ли баловать его, выполнять все его прихоти? Что вы получите взамен своих ухаживаний? Если стоит, то вы можете строить семью, если нет, то лучше жить спокойной, счастливой матерью-одиночкой замечательного ребенка.

Из работы И.А.Ильина «Путь духовного обновления»:

1. ЗНАЧЕНИЕ СЕМЬИ

«Семья есть первый, естественный и в то же время свя­щенный союз, в который человек вступает в силу необходи­мости. Он призван строить этот союз на любви, на вере и на свободе, научиться в нем первым совестным дви­жениям сердца и подняться от него к дальнейшим фор­мам человеческого духовного единения – родине и го­сударству.

Семья начинается с брака и в нем завязывается. Но человек начинает свою жизнь в такой семье, которую он сам не создавал: это семья, учрежденная его отцом и матерью, в которую он входит одним рождением, задол­го до того, как ему удается осознать самого себя и окружающий его мир. Он получает эту семью как некий дар судьбы. Брак по самому существу своему возникает из выбора и решения, а ребенку не приходится выбирать и решать: отец и мать как бы образуют ту предустановлен­ную для него судьбу, которая выпадает ему на его жизненную долю, и эту судьбу он не может ни отклонить, ни изменить — ему остается только принять ее и нести всю жизнь. То, что выйдет из человека в его дальнейшей жизни, определяется в его детстве и притом самим этим детством; существуют, конечно, врожденные склонности и дары, но судьба этих склонностей и талантов — разовьются ли они в дальнейшем или погибнут, и если расцветут, то как именно, — определяется в раннем дет­стве.

Вот почему семья является первичным лоном чело­веческой культуры. Мы все слагаемся в этом лоне, со все­ми нашими возможностями, чувствами и хотениями; и каждый из нас остается в течение всей своей жизни ду­ховным представителем своей отечески материнской семьи или как бы живым символом ее семейственного духа. Здесь пробуждаются и начинают развертываться дрем­лющие силы личной души; здесь ребенок научается лю­бить (кого и как?), верить (во что?) и жертвовать (чему и чем?)*; здесь слагаются первые основы его характера; здесь открываются в душе ребенка главные источники его будущего счастья и несчастья; здесь ребенок становится маленьким человеком, из которого впоследствии раз­вивается великая личность или, может быть, низкий проходимец. Не прав ли Макс Мюллер, когда он пишет: “Я думаю, что там, где речь идет о воспитании детей, к жизни надо подходить, как к чему-то в высшей степени серьезному, ответственному и высокому”; и не прав ли немецкий богослов Толук, утверждая: “Мир управляется из детской”… Мир не только строится в детской, но и разрушается из нее; здесь прокладываются не только пути спасения, но и пути погибели. И если мы подумаем, что “следующее поколение” все время вновь нарождается и воспитывается и что все его будущие подвиги и преступ­ления, его духовная сила и его возможное духовное кру­шение — уже теперь, все время, слагаются и созревают вокруг нас и при нашем содействии или бездействии, то мы сможем отдать себе отчет в том, какая ответственность лежит на нас…

Все это означает, что семья есть как бы живая “лабо­ратория” человеческих судеб — личных и народных, и притом каждого народа в отдельности и всех народов со­обща, с тем отличием, однако, что в лаборатории обычно знают, что делают, и действуют целесообразно, а в семье обычно не знают, что делают, и действуют, как при­дется. Ибо семейная “лаборатория” возникает от при­роды, на иррациональных путях инстинкта, традиции и нужды; здесь люди не задаются никакой определенной творческой целью, а просто живут, удовлетворяют свои собственные потребности, изживают свои склонности и страсти и то удачно, то беспомощно несут последствия всего этого. Природа устроила так, что одно из самых ответственных и священных призваний человека — быть отцом и матерью — делается для человека доступным просто при минимальном телесном здоровье и половой зре­лости, так что человеку достаточно этих двух условий для того, чтобы не задумываясь наложить на себя это при­звание… “А чтоб иметь детей — кому ума недоставало?!” (Грибоедов).

Вследствие этого утонченнейшее, благород­нейшее и ответственнейшее искусство на земле — искусст­во воспитания детей — почти всегда недооценивается и продешевляется; к нему и доселе подходят так, как если бы оно было доступно всякому, кто способен физически рождать детей, как если бы существенным было именно зачатие и рождение, а остальное — именно воспита­ние — было бы совсем несущественно или могло бы де­латься как-то так, “само собой”. На самом же деле тут все обстоит совсем иначе. Окружающий нас мир людей таит в себе многое множество личных неудач, болезненных явлений и трагических судеб, о которых знают только духовники, врачи и прозорливые художники; и все эти явления сводятся в последнем счете к тому, что родители этих людей сумели их только родить и дать им жизнь, но открыть им путь к любви, к внутренней свободе, вере и со­вести, т. е. ко всему тому, что составляет источник духов­ного характера и истинного счастья, не сумели; родители по плоти сумели дать своим детям, кроме плотского су­ществования, только одни душевные раны*, иногда даже сами не замечая того, как они возникали у детей и въеда­лись в душу, но не сумели дать им духовного опыта**, этого целительного источника для всех страданий души…

Бывают эпохи, когда эта небрежность, эта беспомощ­ность, эта безответственность родителей начинают воз­растать от поколения к поколению. Это как раз в те эпо­хи, когда духовное начало начинает колебаться в душах, слабеть и как бы исчезать; это эпохи распространяющегося и крепнущего безбожия и приверженности к материаль­ному, эпохи бессовестности, бесчестия, карьеризма и ци­низма. В такие эпохи священное естество семьи не на­ходит себе больше признания и почета в человеческих сердцах; им не дорожат, его не берегут, его не строят. Тогда в отношениях между родителями и детьми возни­кает некая “пропасть”, которая, по-видимому, увеличи­вается от поколения к поколению.

Отец и мать перестают “понимать” своих детей, а дети начинают жаловаться на “абсолютную отчужденность”, водворившуюся в семью; и, не понимая, откуда это берется, и забывая свои собственные детские жалобы, выросшие дети завязывают новые семейные ячейки, в которых непонимание и отчужде­ние обнаруживаются с новою и большею силою. Непрозор­ливый наблюдатель мог бы прямо подумать, что “время” настолько “ускорило” свой бег, что между родителями и детьми установилась все возрастающая душевно-духов­ная “дистанция”, которую нельзя ни заполнить, ни преодо­леть; тут, думают они, нельзя ничего поделать: история спешит, эволюция с повышенной быстротой создает все новые уклады, вкусы и воззрения, старое стремительно старится, и каждое следующее десятилетие несет лю­дям новое и неслыханное… Где же тут “угнаться за моло­дежью”?! И все это говорится так, как если бы духовные основы жизни тоже подлежали веянию моды и техниче­ских изобретений…

В действительности это явление объясняется совсем иначе, а именно — заболеванием и оскудением человече­ской духовности и в особенности духовной традиции. Семья распадается совсем не от ускорения исторического темпа, но вследствие переживаемого человеком духовно­го кризиса. Этот кризис подрывает семью и ее духовное единение, он лишает ее главного, того единственного, что может сплотить ее, спаять и превратить в некое прочное и достойное единство, а именно — чувства взаим­ной духовной сопринадлежности. Половая потребность, инстинктивные влечения создают не брак, а всего только биологическое сочетание (спаривание); из такого соче­тания возникает не семья, а элементарное рядом-жи-тельство рождающих и рожденных (родителей и детей). Но “похоть плоти” есть нечто неустойчивое и самовольное; она тянет к безответственным изменам, к капризным новшествам и приключениям; у нее, так сказать, “корот­кое дыхание”, едва достаточное для простого деторожде­ния и совершенно не соответствующего задаче воспитания.

В действительности человеческая семья, в отличие от “семьи” у животных, есть целый остров духовной жизни. И если она этому не соответствует, то она обречена на разложение и распад. История показала и подтвердила это с достаточной наглядностью: великие крушения и исчезно­вения народов возникают из духовно-религиозных кризисов, которые выражаются прежде всего в разложении семьи. Понятно, почему это так было и бывает. Семья есть первоначальная, исходная ячейка духовности — как в том смысле, что именно в семье человек впервые научает­ся (или, увы, не научается!) быть личным духом, так и в том смысле, что духовные силы и умения (или, увы, сла­бости и неумения), полученные от семьи, человек пере­носит затем на общественную и государственную жизнь. Вот почему духовный кризис поражает прежде всего ис­ходную ячейку духовности; если духовность колеблется и слабеет, то она слабеет прежде всего в семейной тра­диции и в семейной жизни. Но, раз поколебавшись в семье, она начинает слабеть и вырождаться — и во всех че­ловеческих отношениях и организациях: больная клетка создает больные организмы.

Только дух имеет достаточно глубокое и длительное ды­хание для того, чтобы творчески создавать и поддерживать естество семьи, чтобы успешно разрешать не только “проблему половой любви”, но и проблему создания но­вого, лучшего и более свободного поколения. Поэтому формула брака звучит не так: “я жажду” или “я желаю”, или “мне хочется”, а скорее так: “в любви и через лю­бовь я создаю новую, лучшую и более свободную челове­ческую жизнь”… Она звучит не так: “желаю наслаждать­ся моим счастьем”— ибо это была бы формула, уводящая брак на уровень простого спаривания, а скорее так: “я хо­чу создать свой собственный духовный очаг и в этом найти свое счастье”…

Всякая настоящая семья возникает из любви и дает человеку счастье. Там, где заключается брак без любви, семья возникает лишь по внешней видимости; там, где брак не дает человеку счастья, он не выполняет своего первого назначения. Научить детей любви родители мо­гут лишь тогда, если они сами в браке умели любить. Дать детям счастье родители могут лишь постольку, поскольку они сами нашли счастье в браке. Семья, внутренне спаян­ная любовью и счастьем, есть школа душевного здоровья, уравновешенного характера, творческой предприимчи­вости. В просторе народной жизни она подобна прекрас­но распустившемуся цветку. Семья, лишенная этой здо­ровой центростремительности, растрачивающая свои силы на судороги взаимного отвращения, ненависти, подозрения и “семейных сцен”, есть настоящий рассадник больных характеров, психопатических тяготений, не­врастенической вялости и жизненного “неудачничества”. Она подобна тем больным растениям, которым ни один хо­роший садовник не даст места в своем саду.

Если ребенок не научится любви в семье своих роди­телей, то где же он научится ей? Если он с детства не при­выкнет искать счастья именно во взаимной любви, то в каких же злых и дурных влечениях он будет искать счастья в зрелом возрасте? Дети все перенимают и всему подражают, незаметно, но глубоко вчувствуясь в жизнь своих родителей, тонко подмечая, угадывая, иногда бессознательно следя за “старшими” наподобие “неутоми­мых следопытов”. И тот, кому приходилось слышать и регистрировать детские высказывания, точки зрения и иг­ры в несчастных и разлагающихся семьях, где жизнь есть сплошное мучительство, лицемерие и надрыв, тот знает, какое больное и гибельное наследство получает от роди­телей такая несчастная детвора.

Чтобы развиваться верно и творчески, ребенок должен иметь в своей семье очаг любви и счастья. Только тогда он сможет развернуть свои нежнейшие и духовнейшие спо­собности; только тогда его собственная инстинктивная жизнь не будет вызывать в нем ни ложного стыда, ни бо­лезненного отвращения; только тогда он сможет приль­нуть с любовью и гордостью к традиции своей семьи и своего рода с тем, чтобы принять ее и продолжить ее сво­ею жизнью. Вот почему любовная и счастливая семья есть живая школа — сразу — и творческого равновесия души, и здорового органического консерватизма. Там, где царит здоровая семья, там творчество будет всегда достаточно консервативным для того, чтобы не выродиться в беспоч­венную революционность, а консерватизм будет всегда достаточно творческим для того, чтобы не выродиться в реакционное мракобесие.

В любовной и счастливой семье воспитывается человек с неповрежденным душевным организмом, который сам способен органически любить, органически строить и ор­ганически воспитывать. Детство есть счастливейшее вре­мя жизни: время органической непосредственности; вре­мя уже начавшегося и еще предвкушаемого “большого” счастья; время, когда все прозаические “проблемы” безмолвствуют, а все поэтические проблемы зовут и обещают; время повышенной доверчивости и обостренной впечат­лительности; время душевной незасоренности и искрен­ности; время ласковой улыбки и бескорыстного доброже­лательства. Чем любовнее и счастливее была родитель­ская семья, тем больше этих свойств и способностей со­хранится в человеке, тем больше такой детскости он вне­сет в свою взрослую жизнь, а это значит — тем неповреж­деннее останется его душевный организм; тем естествен­нее, богаче и творчески продуктивнее расцветет его лич­ность в лоне его родного народа.

И вот главным условием такой семейной жизни являет­ся способность родителей ко взаимной духовной любви. Ибо счастье дается только любовью долгого и глубокого дыхания, а такая любовь возможна только в духе и че­рез дух.

2. О ДУХОВНО ЗДОРОВОЙ СЕМЬЕ

Напрасно думать, что духовность доступна только людям образованным, людям высокой культуры. История всех времен и народов показывает, что именно образован­ные слои общества, увлекаясь игрою сознания и отвлеченностями ума, гораздо легче утрачивают ту непосредствен­ную силу доверия к показаниям внутреннего опыта, ко­торая необходима для духовной жизни. Ум, порвавший с глубиною чувства и с художественною силою вообра­жения, привыкает обливать все ядом праздного, разру­шающего сомнения и поэтому оказывается в отношении духовной культуры не строящим, а разрушающим нача­лом. Напротив, у людей наивно-непосредственных эта разрушающая сила еще не начинает действовать.

Человек малой “культурности” гораздо более способен прислуши­ваться к показаниям внутреннего опыта, т.е. прежде всего сердца, совести, чувства справедливости, чем человек хотя бы и большой, но рационалистической культуры. Простая душа наивна и доверчива; может быть, именно потому она легковерна и суеверна, и верит, где не надо, но зато самый дар веры у нее не отнят, а по­тому она способна верить и там, где надо. Пусть духов­ность ее — некритическая, малоразумная, недифферен­цированная, тянет к мифу и к магии, связана со страхом и может заблудиться в колдовстве. Но духовность ее несомненна и подлинна — и в способности внимать дыханию и зову Божию, и в любви сострадательной, и в любви патриотически-жертвенной, и в совестном акте, и в чувстве справедливости, и в способности наслаждаться красотою природы и искусства, и в проявлениях собствен­ного достоинства, правосознания и деликатности. И на­прасно образованный горожанин стал бы воображать, будто все это недоступно “необразованному кресть­янину”!.. Словом, духовная любовь доступна всем людям, независимо от уровня их культурности. И всюду, где она обнаруживается, она является истинным источником проч­ности и красоты семейной жизни.

В самом деле, человек призван к тому, чтобы видеть и любить в любимой женщине (или соответственно — в лю­бимом мужчине) не только плотское начало, не только телесное явление, но и “душу” — своеобразие личности, особливость характера, сердечную глубину, для которых внешний состав человека служит лишь телесным выраже­нием или живым органом. Любовь только тогда является простым и кратковременным вожделением, непостоянным и мелким капризом плоти, когда человек, желая смертного и конечного, любит скрытую за ним бессмертность и беско­нечность; вздыхая о плотском и земном, радуется духов­ному и вечному; иными словами — когда он ставит свою любовь перед лицо Божие и Божиими лучами освещает и измеряет любимого человека… В этом — глубокий смысл христианского “венчания”, венчающего супругов венцом радости и муки, венцом духовной славы и нрав­ственной чести, венцом пожизненной и нерасторжимой духовной общности. Ибо вожделение может быстро пройти, оно бывает подслеповатым. И предчувствовав­шееся наслаждение может обмануть или надоесть. И что тогда? Взаимное отвращение прикрепленных друг к другу людей?.. Судьба человека, который в ослеплении связал себя, а прозрев — проклял свою связанность? Пожиз­ненная унизительность ежедневной лжи и лицемерия? Или развод? Прочность семьи требует иного; люди должны желать не только утех любви, но и ответственного совместного творчества, духовной общности в жизни, в страдании и в ношении бремен, по древнеримской брачной формуле: “где ты, Кай, там и я, твоя Кая”…

То, что должно возникнуть из брака, есть прежде всего новое духовное единение и единство — единство мужа и жены: они должны понимать друг друга и делить радость и горе жизни; для этого они должны однород­но воспринимать и жизнь, и мир, и людей. Здесь важно не душевное подобие, и не одинаковость характеров и тем­пераментов, а однородность духовных оценок, которая только и может создать единство и общность жизненной цели у обоих. Важно то, чему ты поклоняешься? чему молишься? что любишь? чего желаешь себе в жизни и в смерти? чем и во имя чего ты способен жертвовать?* И вот жених и невеста должны найти друг в друге это единочувствие и единолюбне, объединиться в том, что есть важнейшего в жизни и ради чего стоит жить… Ибо только тогда они сумеют, как муж и жена, всю жизнь верно воспринимать друг друга, верить друг другу и верить друг в друга. Это и есть самое драгоценное в браке: полное взаимное довериеперед Лицом Божиим, а с этим связано и взаимное уважение, и способность образовать новую, жизненно сильную духовную ячейку. Только такая ячейка может разрешить главную задачу брака и семьи — осу­ществить духовное воспитание детей.

Воспитать ребенка значит заложить в нем основы духовного характера и довести его до способности само­воспитания. Родители, которые приняли эту задачу и твор­чески разрешили ее, подарили своему народу и своей роди­не новый духовный очаг; они осуществили свое духовное призвание, оправдали свою взаимную любовь и укрепили, обогатили жизнь своего народа на земле: они сами во­шли в ту Родину, которою стоит жить и гордиться, за которую стоит бороться и умереть.

Итак, нет более верной основы для достойной и счаст­ливой семейной жизни, как взаимная духовная любовь му­жа и жены: любовь, в которой началастрасти и дружбы сливаются воедино, перерождаясь в нечто высшее — в огонь всестороннего единения. Такая любовь примет не только наслаждение и радость — и не выродится, не выветрится, не огрубеет от них, но примет и всякое страдание, и всякое несчастье, чтобы осмыслить их, освя­тить их и очиститься через них. И только такая любовь может дать человеку тот запас взаимного понимания, взаимного снисхождения к слабостям и взаимного прощения, терпения, терпимости, преданности и верности, который необходим для счастливого брака.

Поэтому можно сказать, что счастливый брак воз­никает не просто из взаимной естественной склонности (“по милу хорош”), но из духовного сродствалюдей (“по хорошу мил”)**, которое вызывает непоколебимую волю — стать живым единством и соблюсти это единство во что бы то ни стало, и соблюсти его не только напоказ людям, но на самом деле, перед Лицом Божиим. В этом глубочайший смысл религиозного освящения брака и соот­ветствующего церковного обряда. Но это составляет и первое, необходимейшее условие для верного, духовного воспитания детей.

Я уже указывал на то, что ребенок вступает в семью своих родителей как бы в доисторическую эпоху своей личности и начинает дышать воздухом этой семьи со своего первого физического вздоха. И вот в душном воздухе несогласной, неверной, несчастной семьи, в пошлой атмос­фере бездуховного, безбожного прозябания не может рас­цвести здоровая детская душа. Ребенок может приобрести чутье и вкус к духу только у духовно осмысленного семей­ного очага; он может органически почувствовать все­народное единение и единство, только испытав это един­ство в своей семье, а не почувствовав этого всенарод­ного единства, он не станет живым органом своего народа и верным сыном своей родины. Только духовное пламя здорового семейного очага может дать человеческому сердцунакаленный угль духовности, который будет и греть его, и светить ему в течение всей его дальнейшей жизни.

1. Так, семья имеет призвание дать ребенку самое глав­ное и существенное в его жизни.

Блаженный Августин сказал однажды, что “человечес­кая душа — христианка от природы”. Это слово особенно верно в применении к семье. Ибо в браке и в семье человек учится от природы — любить, из любви и от любви стра­дать, терпеть и жертвовать, забывать о себе и служить тем, кто ему ближе всего и милее всего. Все это есть не что иное, как христианская любовь. Поэтому семья оказывается как бы естественною школою христиан­ской любви, школою творческого самопожертвования, со­циальных чувств и альтруистического образа мыслей. В здоровой семейной жизни душа человека с раннего дет­ства обуздывается, смягчается, приучается относиться к ближним с почтительным и любовным вниманием. В этом умягченном, любовном настроении она предварительноприкрепляется к тесному, домашнему кругу с тем, чтобы дальнейшая жизнь вывела ее в этой самой внутренней “установке” к широким кругам общества и народа.

2. Далее, семья призвана воспринимать, поддерживать и передавать из поколения в поколение некую духовно-религиозную, национальную и отечественную традицию. Из этой семейной традиции и благодаря ей возникла вся наша индо-европейская и христианская культура — культура священного очага семьи*: с ее благоговейным почитанием предков, с ее идеей священной межи, огора­живающей родовые могилы; с ее исторически слагающими­ся национальными обычаями и нарядами. Это семья создала и выносила культуру национального чувства и патриотической верности. И сама идея “родины” — лона моего рождения, и “отечества”, земного гнезда моих отцов и предков — возникла из недр семьи как телес­ного и духовного единства. Семья есть для ребенка первое родное место на земле; сначала — место-жилище, источ­ник тепла и питания, потом — место осознанной любви и духовного понимания. Семья есть для ребенка первое “мы”,возникшее из любви и добровольного служения, где один стоит за всех и все за одного. Она есть для него лоно естественной солидарности, где взаимная любовь превращает долг в радость и держит всегда открытыми священные врата совести*. Она есть для него школа взаимного доверия и совместного, организованного действования. Не ясно ли, что истинный гражданин и сын своей родины воспитывается именно в здоровой семье?

3. Далее, ребенок учится в семье верному восприятию авторитета. В лице естественного авторитета отца и матери он впервые встречается с идеею ранга и научается воспринимать высший ранг другого лица, преклоняясь, но не унижаясь, и научается мириться с присущим ему самому низшим рангом, не впадая ни в зависть, ни в ненависть, ни в озлобление. Он научается извлекать из начала ранга и из начала авторитета всю их творческую и органи­зационную силу, в то же время освобождая себя духовно от их возможного “гнета” посредством любви и уваже­ния**. Ибо только свободное признание чужого высшего ранга научает переносить свой низший ранг без унижения, и только любимый и уважаемый авторитет не гнетет душу человека.

В здоровой христианской семье есть один-единствен­ный отец и одна-единственная мать, которые совместно представляют единый — властвующий и организующий авторитет в семейной жизни. В этой естественной и перво­бытной форме авторитетной власти ребенок впервые убеж­дается в том, что власть,насыщенная любовью, являет­ся благостною силою и что порядок в общественной жизни предполагает наличность такой единой, органи­зующей и повелевающей власти: он научается тому, что принцип патриархального единодержавия содержит в себе нечто целесообразное и оздоровляющее; и, наконец, он начинает понимать, что авторитет духовно старшего человека совсем не призван подавлять или порабощать подчиненного, пренебрегать его внутренней свободой и ломать его характер, но что, наоборот, он призван воспитывать человека к внутренней свободе***.

Так, семья есть первая, естественная школа свободы: в ней ребенок должен в первый, но не в последний раз в жизни найти верный путь к внутренней свободе; принять из любви и уважения к родителям все их приказы и запреты во всей их кажущейся строгости, вменить себе в обязанность их соблюдение, добровольно подчиниться им и предоставить своим собственным воззрениям и убеждениям свободно и спокойно созревать в глубине души. Благодаря этому семья становится как бы начальной школой для воспитания свободного и здорового право­сознания.

4. Пока семья будет существовать (а она будет су­ществовать, как все природное, вечно), она будет школой здорового чувства частной собственности.Нетрудно убе­диться, почему это так обстоит.

Семья есть данное от природы общественное един­ство — в жизни, в любви, в труде, в заработке и в имущест­ве. Чем прочнее, чем сплоченнее семья, тем обоснованнее является ее притязание на то, что творчески создали и приобрели ее родители и родители ее родителей. Это есть притязание на их хозяйственно-овеществленный труд, всегда сопряженный с лишениями, страданиями, с напряжением ума, воли и воображения; притязание — на наследственно передающееся имущество, на семейно приобретенную частную собственность, которая является сущим источником не только семейного, но и всенарод­ного довольства.

Здоровая семья всегда была и всегда будет органи­ческим единством — по крови, по духу и по имуществу. И это единое имущество является живым знакомкровного и духовного единства, ибо это имущество в том виде, как оно есть, возникло именно из этого кровного и духовного единения и на пути труда, дисциплины и жертв. Вот почему здоровая семья учит ребенка сразу целому ряду драгоценных умений. Ребенок научается пробивать себе в жизни дорогу при помощисобственной инициа­тивы и в то же время высоко ценить и соблюдать принцип социальной взаимопомощи; ибо семья, как целое, устраи­вает свою жизнь именно по частной, собственной ини­циативе — она есть самостоятельное творческое единство, а в своих собственных пределах семья есть настоящее воплощение взаимопомощи и так называемой “социаль­ности”.

Ребенок научается постепенно быть “частным” лицом, самостоятельной индивидуальностью и в то же время ценить и беречь лоно семейной любви и семейст­венной солидарности; он научается самостоятельности и верности — этим двум основным проявлениям духовного характера. Он научается творчески обходиться с иму­ществом, вырабатывать, создавать и приобретать хозяй­ственные блага и в то же время — подчинять начала частной собственности некоторой высшей, социальной (в данном случае — семейной) целесообразности… А это и есть то самое умение или, лучше сказать,искусство, вне которого не может быть разрешен социальный вопрос нашей эпохи.

Само собой разумеется, что только здоровая семья может верно разрешить все эти задачи. Семья, лишен­ная любви и духовности, где родители не имеют авто­ритета в глазах детей, где нет единства ни в жизни, ни в труде, где нет наследственной традиции, — может дать ребенку очень мало или же не может дать ему ничего. Ко­нечно, и в здоровой семье могут совершаться ошибки, могут слагаться в том или ином отношении “пробелы”, которые способны повести к общей или частичной неудаче. Идеала нет на земле… Однако с уверенностью можно сказать, что родители, которые сумели приобщить своих детей к духовному опыту* и вызвать в них процесс внутреннего самоосвобожде